Московский ПатриархатУкраинская Православная Церковь

Официальный сайт

Протоиерей Вячеслав Поневин

Можно ли считать Русь по-настоящему христианской?

Русь христианскаяМы празднуем день Крещения Руси, но что нам дало это событие? Разве мы живём по-христиански? Половина браков расторгается, число абортов как было, так и остаётся большим. Мы восхищаемся красивыми храмами, но в них ходит 1% населения. У нас полный календарь русских святых, но большинство людей хотят не подражать им, а узнать, кому от чего читать акафист. Так можно ли считать Русь по-настоящему христианской? Поговорили с протоиереем Вячеславом Поневиным, настоятелем Николаевского храма г. Енакиево.

 

Существует ли «Русь христианская»?

Все мы помним, что понятие «Русь» подразумевает под собой не Россию, Украину или какое-то определённое государство — изначально это была большая территория, которая сейчас разделена на несколько стран. Я считаю, что понятия «Русь христианская» сегодня не существует. В каких-то странах на территории бывшей Руси к нашей вере относятся лояльно, на Украине в последние годы её притесняют.

Христианская страна — это не только идеология, которая может основываться на христианских ценностях, и лояльный к православию правитель. Страна — это прежде всего люди. А как мы видим, людей в храмы ходит мало. И дело даже не в том, сколько их там, а в том, сколько из них действительно воцерковлено — то есть вдумчиво относится к православию, причащается, исповедуется, живёт по заповедям.

В каждом государстве есть те, кто живёт нравственно, тем не менее, церковных людей, истинных членов Церкви сейчас очень мало. Каковы причины такой ситуации? Возможно, то, как именно была крещена Русь. Все мы знаем святую Нину — просветительницу Грузии. Грузия просвещалась, то есть люди, которые хотели стать христианами, крестились по своей воле. Русь же крестили, то есть просвещения как такового не было. Людей никто не спрашивал, хотят они быть христианами или нет.

Христианство очень активно и значительно влияет на народы, в которые вливается, меняет их. Конечно же, христианская культура внесла огромный вклад и в развитие Руси как государства. Она обрела новую нравственность, духовные ценности, культуру, письменность и многое другое. К сожалению, сейчас духовные ценности очень активно уничтожаются, но они были и есть, формировали и формируют наш народ. Однако назвать этот народ христианским я не могу.

 

Что мы ищем в Церкви?

Что представляет собой христианское общество сегодня? Люди приходят в храм и хотят там что-то получить: окрестить ребёнка, освятить воду или куличи. Да, люди верующие тоже хотят получить в Церкви что-то, но им нужно не вещество или ритуал, они хотят изменить свою жизнь и, изменяя себя, обрести дары, которые предлагает нам Господь.

Мы приходим в Церковь, потому что хотим быть счастливыми, радостными людьми. Апостол Павел говорит: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе» (1 Фес. 5:16-18). Господь хочет, чтобы мы были радостными и счастливыми, Он создал нас для этого, для вечной жизни. Но чтобы достичь состояния вечной радости, надо потрудиться, и у Церкви есть огромный опыт, который мы можем использовать, чтобы получить желаемое.

Большинство же приходящих в храм людей хочет получить какую-то волшебную таблетку от всех болезней или для обретения счастья, а когда разговор заходит о необходимости что-то делать, оказывается, что этого как раз никто не хочет. Это понятно: работа над собой — самый тяжёлый труд, она длительная и не приносит мгновенных результатов. Но никуда не деться: перемены происходят только тогда, когда человек работает над собой, как только перестаёт — он скатывается по наклонной. К сожалению, люди не готовы это принять. Возможно, не все доросли до способности понимать такие вещи.

 

О чём мы молчим?

Признаюсь: мне трудно представить, что однажды все люди станут православными. Есть Церковь, есть государство, есть люди, которые в нём живут. Кто хочет — приходит в Церковь, кто не хочет — нет. Каждый волен жить как ему хочется, выбирать свой путь, а уж Господь рассудит, кто правильно поступил, кто нет. Я как часть православной Церкви считаю, что она не должна указывать людям, как жить. Она должна стать тем институтом, к которому люди сами хотели бы присоединиться. К сожалению, у нас сегодня очень много внутренних проблем, которые так или иначе лишают людей желания стать членами нашей Церкви. Более того: зачастую у нас боятся говорить об этих проблемах, их скрывают и умалчивают — вместо того, чтобы обсуждать и решать.

ФанатикиОдна из причин такого замалчивания — наличие в Церкви очень большого числа фанатиков. Когда заходит речь о каких-либо здравых нововведениях или изменениях, в их среде поднимается огромная буря. Люди здравомыслящие остаются в стороне, потому что вступать в полемику с фанатиком — дело бессмысленное. Проще отойти, остаться при своём мнении, жить как считаешь нужным и правильным, а их просто не трогать, потому что они поднимут шум и съедят. Так поступает большинство адекватных людей — но по этой же причине тормозится решение многих вопросов.

 

Что для нас закон?

Ещё одна важная проблема — постоянное давление на людей. Человек приходит в храм, и на него очень много взваливают. Он узнаёт, что ему надо исповедоваться и причаститься. Чтобы причаститься, надо вычитывать кучу каких-то молитв и канонов. Человек, конечно, вычитывает, но какая в том польза, если он ничего не понимает?

У нас многое перевёрнуто с ног на голову. Есть закон церковный, но сегодня произошла подмена. Вспомним Евангелие. Христос говорит: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить» (Мф. 5:17). Потом Он ведёт себя так, что фарисеи начинают возмущаться: Он не соблюдает закон. То, что в понимании фарисеев закон, для Бога законом не является. Господь говорит о высшем законе — законе любви, Он пришёл, чтобы умереть за нас, чтобы спасти род человеческий. А для фарисеев закона любви не существует, у них есть запреты, правила, предписания, заветы старцев. Вам этот перечень ничего не напоминает? Разве не на этом строится наша сегодняшняя христианская жизнь?

Закон — это не утренние и вечерние молитвы, не правило ко святому причащению, не пост, не хождение в храм. Всё перечисленное — инструменты, благодаря которым мы можем измениться, и каждый из них нужно использовать разумно. Нельзя всем применять их одинаково. Мы сегодня настолько запуганы, что боимся отложить в сторону молитвослов и просто помолиться, обратиться к Богу напрямую! Мы перестали молиться, потому что нам постоянно нужно что-то вычитывать. Разучились говорить с Богом не спеша, от души, из глубины сердца. У нас нет диалога с Богом, а значит — по сути, у нас нет веры. У нас есть карающий «Бог», который сидит и ждёт, когда мы что-то сделаем не так. Наша вера превращается в какое-то взяточничество: «Вот, Господи! Я всё вычитал — а Ты меня за это теперь не трогай! Я ведь дал Тебе, что Ты хочешь!» О какой вере в Бога может идти речь в такой ситуации, если мы выполняем что-то только из страха наказания?

 

Свобода и радость — или неподъёмный рюкзак?

Сколько приходится выслушивать: «Я великий грешник, потому что пост нарушил и правило не читал!» Люди этого боятся как огня — вместо того, чтобы жить и радоваться. Смотришь на людей в храме — и в них нет радости! Нет радости причастия, радости церковной молитвы, потому что они загружены предрассудками так, что продохнуть невозможно. Как ужасно, что стать христианином для многих — это не обрести свободу, радость, лёгкость, а получить за спину огромный нагруженный рюкзак, который придётся тащить до конца жизни. И ещё при этом будут говорить, что ты грешник, не всё выполняешь, недостаточно делаешь, не справляешься — словом, плохой христианин, которому надо больше стараться и почаще читать «Добротолюбие». У нас взяли высшую математику — подвиг святых отцов, пустынников, великих молитвенников — и сделали её нормой, но это не норма. Это высший уровень, который не подходит большинству людей.

Я слушал интервью одного греческого монаха, которому интервьюёр рассказывает про наше христианство: «У нас, если не вычитал определённые молитвы, могут не допустить до причастия», — на что этот монах отвечает: «Я такого не знаю! Если ваш духовник не пускает вас причащаться, потому что вы чего-то не прочитали — вам нужно поменять духовника!» Я слышу в его словах то, о чём сам думаю.

 

У нас нет радости

Человек, который впервые приходит в храм, редко встречает там кого-то здравомыслящего, кто адекватно ему расскажет о христианстве. Чаще всего его загрузят так, что ему больше в храм приходить не захочется.

К сожалению, приходится признать: у людей в наших храмах нет радости. У нас нет плодов Святого Духа, о которых говорит апостол Павел: любви, радости, мира, долготерпения, милосердия, кротости, воздержания. Именно они — цель нашей христианской жизни. А мы сделали законом и целью инструменты: пост и вычитывание правил. В итоге жизнь христианина превращается в тупиковый путь, который не приносит человеку радости, счастья, удовлетворения. Здравомыслящий человек, глядя на это, скажет: «Ну, ребята, вам, может, это помогает, но мне нет». И уходит из Церкви.

К людям нужно относиться бережно, тогда они сами придут в храмы. Вы посмотрите на нашу жизнь: человека везде грузят, куда он ни попади. Приходит в больницу — от него требуют кучу бумажек. Приходит в какие-то инстанции — он должен всем и всё, и снова надо миллион бумаг предъявить. Он везде всем что-то должен. И оказывается, что в Церкви тоже. А ведь она существует, чтобы помогать людям — пережить какой-то кризис, получить утешение.

Как правило, человеку, приходящему в храм, нужно, чтобы его выслушали и поняли, а не рассказывали: вот тебе один молитвослов — в нём утренние и вечерние молитвы, вот ещё один — будешь к причастию готовиться. Постись по уставу — так и так. И человек вместо утешения получает какой-то огромный груз. Что самое печальное — это не научит человека молиться, потому что мы ведь сами этого не умеем, мы вычитываем. Говоришь людям: «Вы должны молиться своими словами», — а они не понимают. Как — своими? Мы должны молитвослов читать, на церковнославянском языке. И Евангелие на нём же. А то, что непонятно ничего — не страшно, главное — читать. Понял, не понял — не важно.

 

О мумифицированных традициях

Есть печальная статистика: православные хуже всех знают Священное Писание — потому что они его не изучают, а просто читают, и зачастую — на церковнославянском. Потом начинаешь им приводить цитаты из Евангелия — а они ничего не знают. Зато знают, что написано в акафистах — первом, втором и третьем. Знают, что сказал никому не известный великий старец. А что Христос сказал — нет.

РадостьМне один человек однажды признался: «Я уже целый год не молился». Я говорю: «Подожди, как это ты не молился? Может, ты просто утренние и вечерние молитвы не читал?» — «Да». — «А разве ты не говорил про себя „Господи, помилуй!“, „Господи, благослови!“?» Оказалось, что говорил. То есть человек считает, что раз он правило не вычитывал, то не молился. Но мы в течение дня постоянно молимся! Каждый православный воцерковлённый человек молится: благодарит Бога за хорошее, просит помощи. Но нас так воспитывали, так учили, что это всё — не молитва. Молитва — это когда долго и основательно. Однако, если так учили — это не обязательно верно. В нашей Церкви есть традиции, которые хранятся, как старые мумии: их давно пора похоронить, а мы их зачем-то бережём.

 

Есть ли выход?

У меня нет сомнений по поводу того, что Церковь будет жить, потому что Господь сказал: «Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18). Но кто будет членами Церкви — это уже большой вопрос. Думаю, это будут те, кто вдумчиво верит, размышляет, изучает Священное Писание, старается жить по нему и стремится к целям, которые перед нами ставит Господь. Люди ведь порой вообще не знают, для чего Бог нас создал. Мы все знаем, чего хотим от Него: чтобы Он нас хранил, оберегал от зла, давал нам духовное и материальное благополучие, радость, счастье, здоровье. Это нормально. А чего Он хочет от нас — не знают. Многие отвечают: Бог хочет, чтобы мы молились, постились, били поклоны — и если мы это будем делать, Он нам даст, что мы хотим. Нет! Господь хочет, чтобы мы были радостными, счастливыми, свободными людьми! Он создал нас для вечной жизни и для вечной радости, и у каждого в достижении этого свой путь. Это может быть постничество, отшельничество — а может быть и обычная жизнь: ежедневная работа, семья, обязанности.

Наши уставы написаны монахами, и мы очень долгое время пытаемся эти уставы втиснуть в мирскую жизнь. У нас это не получается. Здесь надо иметь рассуждение и помнить: человек превыше закона. Господь нам это показал, когда исцелил человека в субботу. А мы зачастую совершенно умаляем значение человека: ничего не послабим, не попустим. И выходит, что закон превыше всего. В итоге человек не справляется — и уходит из Церкви.

Если новичок приходит заниматься спортом, его не нагружают, как тех, кто уже пять лет тренируется, потому что он просто подорвёт своё здоровье и больше не придёт. А в Церкви, в духовном плане, считается, что так делать можно. Новоначального грузят, он надрывается, иные вообще обозляются. Получается, мы сами себе вредим. Заблуждаемся во многом и других вводим в заблуждение — потому что, когда слепой ведёт слепого, оба упадут в яму.

 

Церковь жива, и Господь печётся о ней

Проблема состоит не в том, есть ли Русь православная, какой процент ходит в храмы, а в том, что у нас в Церкви есть много вопросов, требующих решения. Я верю, что эти проблемы мы решим. Сейчас идёт какое-то брожение, омоложение. Перемены есть, они заметны. Я вспоминаю годы, когда был пономарём. В наш храм приезжала монахиня, которая подвизалась в РПЦЗ. Была Страстная неделя, и она говорила, что будет причащаться в четверг и потом в субботу без исповеди. Мне это казалось диким: причастие без исповеди считалось невозможным, даже если человек причащался два дня подряд. И посмотрите на позицию Церкви по этому вопросу сейчас. Всё изменилось.

Я вспоминаю себя в юности и понимаю, что был несчастным человеком. Я тогда учился в старших классах школы и жил под гнётом правил. Я не мог исполнять всего, что требовалось, и потому постоянно ощущал вину. С одной стороны — искренне хотел справиться, с другой — не получалось, с третьей — мучился, потому что мне говорили, что я плохой. В этом аду я жил, и потому понимаю людей, которые не получают в Церкви желаемого утешения. Поэтому я очень рад, что сегодня у нас происходит много здравого. Церковь меняется. Это значит, что меняемся и мы, ведь Церковь — это люди. Значит, она живая, Господь печётся о ней. Думаю, тому, кто ищет Истину и Бога, Господь обязательно поможет: пошлёт хорошего духовника и людей, которые смогут его поддержать. Наша задача — стать теми, кто поддерживает.

Беседовала Екатерина Щербакова

Цитата дня

«

Не место спасает человека, а произволение.

»

Горловская и Славянская епархия. Все права защищены.

Rambler's Top100